8(499)938-49-78

Угон самолета, судна или ж/д транспорта: все тонкости преступления

Угон воздушного судна или водного транспорта: статья 211 УК РФ, ответственность, наказание

Угон самолета, судна или ж/д транспорта: все тонкости преступления

Чужое имущество, особенно крупных размеров, всегда привлекало завистников и лиц, тесно связанных с криминальными структурами.

Поэтому надеяться на то, что большой корабль или самолет никуда не денется, не безопасно, а если факт угона уже установлен, следует знать, как найти и наказать по статье УК РФ виновного.

Дорогие читатели! Наши статьи рассказывают о типовых способах решения юридических вопросов, но каждый случай носит уникальный характер.

Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему — обращайтесь в форму онлайн-консультанта справа.

Или позвоните нам по номеру:

(Звонок Бесплатный)

Это быстро и !

Особенности злодеяния

Первое, что отличает это происшествие от других – предмет преступления. Не каждый день услышишь, что произошел угон корабля или самолета. Но факты захвата проявляются с каждым годом все чаще.

Отметим, что маломерные суда не относятся к водному транспорту, если рассматривать их в контексте ч. 1 и 2 ст.

211 УК РФ, определяющей суть преступления и меру наказания.

Важно дать точное определение терминам, используемых при расследовании дел об угоне судов воздушного и/или водного транспорта.

О том, почему не стоит устраивать дебош в самолете и грозить захватом судна, расскажет следующее видео:

Понятие и статистика

Необходимо знать четыре основных термина для полного представления о предмете и объективной стороне правонарушения:

  • Водный транспорт (или водное судно) – средство перемещения грузов, пассажиров, других объектов по водоему (реке, озеру, пруду, океану и т.д.) или под водой, приводимое в движение различными средствами тяги.
  • Воздушный транспорт (или воздушное судно) – средство перемещения грузов и/или пассажиров, передвигаемое при помощи двигателя, потоков газов, воздушных потоков.
  • Угон – завладение с насилием или без насилия предметом преступления (судном) во время стоянки или следования по маршруту и дальнейшее использование, передвижение по маршруту угонщика этого судна.
  • Захват – завладение судном с насилием и без во время стоянки или следования по маршруту.

Исследование судебных практик Российской федерации показало, что за последние годы фактов хищения водного или воздушного судна крайне мало. Несколько дел вскользь касаются данной статьи, если есть подозрения на совершение террористического акта.

Виды

Существует несколько видов такого транспортного преступления:

  • Совершенное одним лицом;
  • Организованной группой;
  • Совершенное лицом или группой, повлекшее тяжкие повреждения или смерть потерпевшего;
  • Все виды, сопряженные с совершением террористического акта или подобной деятельности.

О новых видах и способах угона воздушного судна расскажет следующее видео:

Состав преступления

Вся суть преступления заключается в оконченном и установленном угоне.

  • Состав преступления формален и полностью исчерпывается определением угона или захвата.
  • Субъективной стороной преступления является вина субъекта — физического лица, достигшего 16 лет – с наличием умысла.

Методика расследования

В расследовании угона воздушного или водного судна рассматривается несколько ситуаций:

  • Отсутствие предмета преступления и виновного на месте совершения преступления;
  • Расследование по факту задержания обвиняемого после совершения преступления.

Независимо от вида ситуации происходит осмотр места преступления и опрос очевидцев, допрос потерпевшего.

  1. В первом случае список дополняется распоряжением о старте розыскных мероприятий.
  2. Во втором – дополняется допросом обвиняемого.

Ответственность по статье 211 УК РФ за угон воздушного судна или водного транспорта

Наказания, предусмотренные статьей 211 Уголовного Кодекса:

  • Угон водного или воздушного судов – 4-8 лет лишения свободы (с возможным назначением ограничения свободы сроком на год);
  • Угон группой лиц, или с применением насилия, или с применением оружия – 7-12 лет лишения свободы с ее ограничением на 2 года;
  • Первые два вида, повлекшие смерть человека – 8-15 лет с ограничением 1-2 года;
  • Все виды, связанные с террористической деятельностью – 15-20 лет с ограничением 1-2 года, либо высшая мера наказания – пожизненное.

Судебная практика

  1. Подсудимый, находясь в составе подразделения в полевом лагере, совершив несколько преступных действий, захотел перебраться на другой берег реки. Реализовал он это при помощи водного транспорта (буксирно-моторный катер), который принадлежал воинской части.

    Подсудимый вину признал, по статье 211 получил 4 года лишения свободы без ее ограничения.

  2. Находясь в нетрезвом состоянии, мужчина пытался угнать буксирный теплоход. После проникновения на борт теплохода, отвязал его и оттолкнул руками от причала. Но ему не хватило навыков завести судно.

    В дальнейшем под действием ветра и течения оно село на мель. Подсудимый вину признал, но суд не обнаружил в действий, подходящих под статью 211, так как завладения судном не было. Виновный осужден по другим статьям.

Еще чаще чем самолеты, угоняют автомобили, впрочем нередко попытка такого угона ни к чему не приводит.

Следующее видео также содержит случай из судебной практики по вопросу угона самолета и действия статьи 211 УК РФ:

Источник: http://ugoloa.com/prestupleniya/protiv-transportnyh-sredstv/ugon-vozdushnogo-sudna-ili-vodnogo-transporta.html

Если у вас остались вопросы позвоните нам или задайте их нашему юристу в поле ниже и получите бесплатную консультацию.

Понятие «угона (захвата)» судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава

ПОНЯТИЕ  «УГОНА  (ЗАХВАТА)»  СУДНА  ВОЗДУШНОГО  ИЛИ  ВОДНОГО  ТРАНСПОРТА  ЛИБО  ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНОГО  ПОДВИЖНОГО  СОСТАВА

Князева  Екатерина  Анатольевна

аспирант  ЮИ  ДВФУ,  г.  Владивосток

Email:  coldcase@yandex.ru

Норма,  закрепленная  в  ч.  1  ст.

  211  УК  РФ,  определяет  рассматриваемое  преступление  как  неправомерное  завладение  (угон  или  захват  с  целью  угона)  судна  воздушного  или  водного  транспорта  либо  железнодорожного  подвижного  состава.  Преступление  в  обеих  его  формах  может  быть  совершено  только  путем  активных  действий. 

Поскольку  в  диспозиции  ст.

  211  УК  РФ  термин  неправомерность  законодателем  не  употребляется,  отсюда  можно  сделать  вывод  о  том,  что  данный  признак  не  является  обязательным  для  объективной  стороны  рассматриваемого  преступления.  Однако  ясно,  что  действия  по  угону  или  захвату  транспортных  средств  по  своей  сути  не  могут  быть  неправомерными. 

Вместе  с  тем  законность  подобных  действий  (в  отличие  от  ст.

  166  УК  РФ)  должна  быть  ограничена  лишь  случаями  завладения  транспортными  средствами,  принадлежащими  виновному  на  праве  собственности  или  находящимися  в  его  правомерном  владении  (легкомоторные  самолеты,  дельтапланы,  маломерные  морские  и  речные  суда).  Завладение  транспортным  средством  при  наличии  указанных  обстоятельств  исключает  состав  угона.  В  остальных  случаях  (закрепление  транспортного  средства  за  угонщиком  по  роду  его  деятельности,  возможность  им  распоряжаться)  уголовная  ответственность  наступает  по  ст.  211  УК  РФ  [5,  с.  134].

Под  угоном  в  данной  норме  следует  понимать  неправомерное  самовольное  завладение  соответствующим  транспортным  средством,  находящимся  на  земле,  на  воде  или  в  воздухе,  и  перемещение  его  в  пространстве  (если  оно  находилось  в  состоянии  покоя),  изменение  направления  движения  или  любое  другое  отклонение  от  первоначально  назначенного  курса  (судна,  находящегося  в  движении),  или  установление  своего  незаконного  влияния,  даже  если  транспортное  средство  не  отклонилось  от  своего  курса,  но  такая  возможность  у  виновного  реально  была.  Маршрут  в  силу  ряда  причин  может  и  не  меняться,  но  угон  будет  налицо. 

В  связи  с  этим  автор  считает  более  чем  спорным  мнения  тех  специалистов,  которые  привносят  в  характеристику  угона  как  признака  объективной  стороны  субъективные  моменты,  указывая  на  использование  транспортного  средства  «в  личных  или  иных  антиобщественных  целях»  [2,  с.  454].  Цели  и  мотивы  угона  не  являются  основными  признаками  рассматриваемого  преступления,  поэтому  указание  на  них  при  определении  понятия  угона  совершенно  излишне. 

Угон  судна  воздушного  или  водного  транспорта  либо  железнодорожного  подвижного  состава  может  быть  совершен  как  с  применением  насилия,  так  и  форме  угрозы  применения  насилия.

  Под  насилием  в  смысле  ч.  1  ст.  211  УК  РФ  следует  понимать  нанесение  ударов,  побоев,  ограничения  свободы  и  т.п.

  в  отношении  пассажиров,  членов  экипажа  либо  других  лиц,  то  есть  применение  насилия,  не  опасного  для  жизни  или  здоровья  потерпевшего.

  Для  квалификации  не  имеет  значение,  в  отношении  кого  применяется  насилие.  Важно,  чтобы  оно  применялось  с  целью  захвата  или  угона  судна  либо  состава. 

Насильственные  действия  могут  выражаться  в  нападении  на  лиц,  охраняющих  или  обслуживающих  транспортное  средство,  с  целью  проникновения  в  него.

  Насилие  возможно  и  в  отношении  членов  экипажа,  пассажиров  или  других  лиц  с  целью  установления  и  поддержания  контроля  над  транспортным  средством  в  целом  без  непосредственного  вмешательства  в  управление  судном  либо  составом.

  Эти  действия  предполагают  установление  такого  контроля,  при  котором  преступник  вынуждает  экипаж  совершить  отклонение  от  заданного  курса.

Под  угрозой  насилия  следует  понимать:  действия,  внешне  выражающие  решимость  применить  насилие,  например,  демонстрация  оружия  или  взрывчатых  веществ;  угроза,  выраженная  в  словесной  форме,  например,  взрывом  воздушного  или  морского  судна  либо  железнодорожного  подвижного  состава,  уничтожение  его  иным  способом,  причинением  ему  повреждений,  создающих  опасность  его  уничтожения,  убийством,  причинением  телесных  повреждений  любой  тяжести.  Особенно  эффективны  такого  рода  угрозы  во  время  движения  (полета)  транспортного  средства,  поскольку  они  могут  спровоцировать  панику  на  борту.

Если  угоняется  судно  воздушного  или  водного  транспорта  либо  железнодорожного  подвижного  состава,  находящиеся  в  состоянии  покоя,  без  экипажа  (на  взлетно-посадочной  полосе  аэродрома,  в  ангаре,  у  причальной  стенки  в  порту,  на  якорной  стоянке,  в  депо,  на  станции,  на  перегонных  путях,  в  парке  отстоя  станций  и  т.д.),  возможно  совершение  угона  без  применения  насилия  путем  тайного  завладения  транспортным  средством.  Угон  судна  воздушного  или  водного  транспорта  либо  железнодорожного  подвижного  состава,  находящегося  в  движении  (полете),  без  применения  насилия  возможен  только  представителем  экипажа  или  непосредственно  лицом,  осуществляющим  управление  транспортным  средством.  Из  вышеперечисленного  можно  сделать  вывод  о  том,  что  угон  судна  или  состава  лицом,  за  которым  транспортное  средство  закреплено  по  роду  его  деятельности  (в  отличие  от  ст.  166  УК  РФ),  будет  во  всех  случаях  квалифицироваться  по  ст.  211  УК  РФ.

Однако  по  поводу  насильственного  угона  тоже  возникают  споры.

  В  частности  они  вызваны  с  попыткой  ограничения  понятия  угона,  связывая  его  только  с  насильственным  завладением  транспортным  средством  или  с  его  захватом,  то  есть  родовое  понятие  угона  подменяется  одной  из  его  разновидностей. 

А.  И.

  Чучаев  подверг  критике  данную  концепцию  на  том  основании,  что  «насильственный  способ  установления  незаконного  контроля  над  судном  не  охватывается  понятием  угона,  а  служит  обязательным  признаком  захвата  транспортного  средства»  [9,  с.  150].  Автор  считает  данный  аргумент  справедливым.  Конечно,  без  насилия  захват  невозможен,  но  он  является  лишь  одним  из  способов  угона.  Поэтому  захват  транспортного  средства,  не  пресеченный  на  этой  стадии,  а  завершившийся  его  угоном,  будет  являться  одновременно  и  насильственным  угоном  данного  транспортного  средства.  Следовательно,  угон  может  быть  как  насильственным,  так  и  ненасильственным. 

В  большинстве  случаев  действия,  направленные  на  угон,  предполагают  применение  психического  или  физического  насилия.

  Особенно  это  касается  судов  воздушного  транспорта,  так  как  в  соответствии  с  законом  суда  с  максимальной  сертифицированной  взлетной  массой,  превышающей  45  500  кг,  или  пассажировместимостью  более  60  человек  дополнительно  оборудуются  специальными  системами,  предотвращающими  использование  судна  не  ответственным  лицом  [6].  Поэтому  в  большинстве  случаев  тайный  захват  воздушного  судна  с  целью  его  угона  представляется  невозможным  и,  как  правило,  совершается  в  отношении  судна,  уже  находящегося  в  полете.  Исключением  могут  стать  легкие  и  сверхлегкие  воздушные  суда  [10,  с.  89].

Под  захватом  следует  понимать  насильственное  завладение  транспортным  средством,  находящемся  на  земле  или  в  воздухе,  с  целью  его  угона.

  Не  сложно  заметить,  что  угон  и  захват  как  способы  совершения  преступления  тесно  связаны  между  собой.  Однако  полностью  они  не  совпадают.

 

Захват  рассматривается  как  начальный  момент  насильственного  угона  и  в  этом  смысле  всегда  предшествует  ему.

  Однако  с  учетом  повышенной  степени  общественный  опасности  преступления  законодатель  признает  его  оконченным  уже  с  момента  захвата  судна,  при  наличии  цели  на  последующий  его  угон. 

Захват  транспортного  средства  выражается  в  противоправном  завладении  судном  или  составом  и  установлением  над  ним  контроля  и  предполагает  последующий  его  угон.

  Захват  воздушного  судна  с  иной  целью,  если  при  этом  отсутствуют  фактические  признаки  угона,  такие  как  изменение  заданного  курса  полета,  места  посадки,  прибытия  и  т.п.,  не  охватываются  составом  преступления  статьи  211  УК  РФ.

  Такого  рода  общественно  опасные  действия  на  воздушном  транспорте  охватываются  понятием  «незаконный  захват  воздушного  судна»,  указанного  в  ст.  11  Токийской  конвенции  от  14  сентября  1963  г.  [8],  в  ст.

  1  Гаагской  конвенции  от  16  декабря  1970  г.  [1]  и  в  п.  «а»  ст.  1  Монреальской  конвенции  от  23  сентября  1971  г.  [4].

Понятие  «захват  морского  судна»  приведено  в  п.  «г»  ст.  3  Положения  «О  федеральной  системе  защиты  морского  судоходства  от  незаконных  актов,  направленных  против  безопасности  мореплавания».

  Под  захватом  морского  судна  понимают  незаконные  акты,  направленные  против  безопасности  мореплавания,  а  именно  общественно  опасные  деяния,  запрещенные  законодательством  Российской  Федерации  и  международными  договорами  Российской  Федерации,  посягающие  на  безопасность  морского  судоходства  [7]. 

Понятие  «незаконного  захвата  судна  водного  транспорта»  содержится  и  в  ст.

  3  Конвенции  от  10  марта  1988  года,  заключенной  в  Риме,  «О  борьбе  с  незаконными  актами,  направленными  против  безопасности  морского  судоходства»,  а  именно:  «Любое  лицо  совершает  преступление,  если  оно  незаконно  и  преднамеренно:  захватывает  судно  или  осуществляет  контроль  над  ним  силой  или  угрозой  силы  или  путем  любой  другой  формы  запугивания»  [3,  с.  264]. 

Захват  как  насильственное  преступление  преследует  своей  целью  установление  контроля  над  транспортным  средством.

  Контроль  может  быть  непосредственным,  то  есть  когда  управление  транспортным  средством  берет  на  себя  сам  преступник;  опосредованным  –  управление  остается  в  руках  членов  экипажа  воздушного,  морского  или  речного  судна,  машиниста  железнодорожного  локомотива,  но  они  вынужденным  выполнять  команды  угонщика  [5,  с.  138]. 

Насилие  как  элемент  захвата  может  быть  физическим  и  психическим.  Насилие  должно  иметь  определенную  степень  выраженности.

  Под  физическим  насилием  в  простом  составе  преступления,  предусмотренного  ч.  1  ст.  211  УК  РФ,  понимается  «насилие,  не  опасное  для  жизни  и  здоровья  потерпевшего».

  Таким  насилием  являются  побои,  причинение  легкого  вреда  здоровью,  не  вызвавший  кратковременного  расстройства  здоровья  или  незначительной  стойкой  утраты  общей  трудоспособности,  а  также  иные  насильственные  действия,  связанные  с  причинением  потерпевшему  физической  боли  либо  с  ограничением  его  свободы. 

Психическое  насилие  –  угроза  причинения  насилия.

  Угроза  должна  быть  наличной,  действительной,  реальной,  но  она  не  может  распространяться  дальше  возможности  причинения  того  вреда,  который  охватывается  понятием  «насилие,  не  опасное  для  жизни  и  здоровья  потерпевшего».

  Потерпевшими  могут  быть  члены  экипажа  воздушных,  морских,  речных  судов,  работники  поездной  бригады,  пассажиры,  а  также  иные  лица,  например,  представители  охранных  служб,  обслуживающий  персонал  аэродрома,  вагонного  депо,  морвокзала  и  т.д. 

Применяя  физическое  насилие,  преступник  желает  парализовать  волю  и  нейтрализовать  сопротивление  лиц,  имеющих  отношение  к  угоняемому  транспортному  средству,  с  тем,  чтобы  установить  несанкционированный  контроль  над  ним.

  В  тех  же  целях  применяется  и  угроза  причинить  физический  вред  той  или  иной  степени  тяжести.

  Применение  насилия  в  иных  целях  (не  как  средства  захвата  транспортного  средства  и  установления  контроля  над  ним)  не  влечет  ответственности  по  ст.  211  УК  РФ.

  Например,  причинение  физического  вреда  пассажиру  после  совершения  угона  или  захвата  транспортного  средства  по  мотивам  мести  за  ранее  оказанное  им  сопротивление  должно  квалифицироваться  по  статьям  о  преступления  против  личности.

Список  литературы:

  1. Гаагская  Конвенция  о  борьбе  с  незаконным  захватом  воздушных  судов  от  16  декабря  1970  г.  //  Сборник  действующих  договоров,  соглашений  и  конвенций,  заключенных  СССР  с  иностранными  государствами.  Вып.  XXXVII/  М.,  1974.  С.  292-296.

Источник: https://sibac.info/conf/law/v/37959

Если у вас остались вопросы позвоните нам или задайте их нашему юристу в поле ниже и получите бесплатную консультацию.

Исторический анализ и Международный опыт борьбы с угонами воздушных судов

Исторический анализ и Международный опыт борьбы с угонами воздушных судов

УДК 343.712.5

12.00.00 Юридические науки

ИСТОРИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ И МЕЖДУНАРОДНЫЙ ОПЫТ БОРЬБЫ С УГОНАМИ ВОЗДУШНЫХ СУДОВ

Алехин Виталий Петрович к.ю.н., доцент кафедры уголовного права РИНЦ SPIN-код=3007-4053 Кубанский государственный аграрный университет, Краснодар, Россия

https://www.youtube.com/watch?v=0NlKptuhi-M

В статье рассмотрен исторический анализ и международный опыт борьбы с угонами воздушных судов. Статья актуальна, так как угон самолетов является преступлением с высочайшей общественной опасностью, как в России, так и во всем мире.

Рассматриваются статистические данные угона воздушных судов в России с 1998 по 2014 год. В статье раскрывается объект, объективная сторона, субъект и субъективная сторона угона воздушных судов. Дается уголовно-правовой сравнительный анализ угону автомобилей и угону воздушных судов.

Рассматривается уголовное законодательство государств СНГ об угоне воздушных судов. В статье приводятся примеры из судебной практики по угону воздушных судов.

Рассматривается и международное законодательство, в частности, конвенции по борьбе с актами незаконного вмешательства, связанными с воздушными судами. Дается хронологическая таблица с анализом захватов пассажирских самолетов в СССР в период с 1973 по 1989 год.

В заключение приведены выводы и предложения по совершенствованию уголовного законодательства об угоне воздушных судов. В частности, говорится о необходимости совершенствования законодательства о транспорте и выработке полных и правильных понятий

Ключевые слова: УГОН, ВОЗДУШНОЕ СУДНО, ВОДНЫЙ ТРАНСПОРТ, ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫЙ ПОДВИЖНОЙ СОСТАВ, САМОЛЕТ, ЗАХВАТ, ИСТОРИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ, МЕЖДУНАРОДНЫЙ ОПЫТ, ТРАНСПОРТНЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ, ПРЕДМЕТ УГОНА

UDC 343.712.5 12.00.00 Law sciences

HISTORICAL ANALYSIS AND INTERNATIONAL EXPERIENCE OF FIGHT WITH SKYJACKING

Alyokhin Vitaly Petrovich

Cand.Law.Sci., associate professor of the chair of

Criminal law

РHНЦ SPIN-Kog=3007-4053

Kuban State Agrarian University, Krasnodar, Russia

There was considered the historical analysis and international experience of fight with skyjacking in the article.

The article is relevant, as the hijacking of aircraft is a crime with the highest public risk, both in Russia and worldwide, this international crime. Discusses statistical data theft aircraft in Russia from 1998 to 2014.

The article reveals the object, the objective side, the subject and the subjective side of the hijacking of aircraft. Given the criminal law comparative analysis of auto theft and hijacking of aircraft.

Considered criminal legislation of the CIS member States about the hijacking of aircraft. The article provides examples of judicial practice on the hijacking of aircraft.

Discusses and international legislation, in particular the Convention for the suppression of acts of unlawful interference involving aircraft.

Given the chronological table analysis grabs passenger aircraft in the USSR in the period from 1973 to 1989. In conclusion, the article draws conclusions and makes suggestions for improvement of the criminal legislation about the hijacking of aircraft. In particular they say about the need to improve legislation on transport and the development of a complete and correct concepts.

Keywords: SKYJACKING, AIRCRAFT, WATER TRANSPORT, RAILWAY MOBILE STRUCTURE, AIRCRAFT, HIJACKING, HISTORICAL ANALYSIS, INTERNATIONAL EXPERIENCE, TRANSPORT CRIMES, SUBJECT OF SKYJACKING

Впервые в отечественном уголовном законодательстве ответственность за угон воздушного судна была установлена Указом Президента ВС СССР от 3 января 1973 г.

Введению этого уголовно-правового запрета предшествовали два события. Во-первых, конкретный факт угона советского самолета, получивший широкую огласку. В 1970 г.

Отец и сын Бразинскасы, являясь пассажирами АН-24, совершавшего рейс из Батуми в Краснодар, осуществили захват этого самолета.

В ходе перестрелки, открытой преступниками, была убита бортпроводница Надежда Курченко, которая пыталась не пустить их в кабину пилотов, а два члена экипажа получили ранения.

По требованию угонщиков самолет приземлился в Турции (где они были осуждены) [1]. Во-вторых, принятие в 1970 г. Международной конвенции (Гаагской) о борьбе с незаконным захватом воздушных судов, ратифицированной Советским Союзом.

Как указывается в ее преамбуле, она была принята, исходя из того, что акты незаконного захвата или осуществления контроля над воздушным судном, находящимся в полете, угрожают безопасности лиц и имущества, серьезно нарушают воздушное сообщение и подрывают веру в безопасность гражданской авиации и что в целях предотвращения таких актов имеется настоятельная необходимость обеспечить принятие соответствующих мер для наказания преступников [1].

Необходимо затронуть и статистику данных преступлений в России. В 1997 г. было зарегистрировано 20, в 1998 г. — 18, в 1999 г. — 10, в 2000 г. — 12, в 2001 г. — 8, в 2002 г. — 10, в 2003 г. — 9, 2004 г.

— 7, в 2005 г. -10, в 2006 г. — 8, 2007 г. — 3, в 2008 г. — 5, в 2010 г. — 1, за полгода 2011 г. -2 случая таких преступлений, в 2012, 2013 и 2014 годах данных преступлений зарегистрировано не было [2].

Такое транспортное преступление, как угон или захват различных родов судов, является преступлением международного характера. В Конвенции о борьбе с незаконным захватом воздушных судов (г. Гаага, 16 декабря 1970 г.

) отмечалось, что акты незаконного захвата или осуществления контроля над воздушным судном, находящимся в полете, угрожают безопасности лиц и имущества, серьезно нарушают воздушное сообщение и подрывают веру народов мира в безопасность гражданской авиации [3].

Информация о преступности аналогичных действий с морскими судами содержится в Конвенции о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности морского судоходства (заключена в г. Риме 10 марта 1988 г.) [4].

С проблемой угонов самолетов, морских и речных судов, железнодорожного и других видов транспорта сталкиваются многие государства, среди них и Российская Федерация.

Общественная опасность угона (захвата) судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава заключается в том, что такими действиями не только дезорганизуется нормальная работа указанных видов транспорта, но и создается реальная угроза безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного, морского и речного транспорта в связи с возможностью катастроф, крушений или аварий этих транспортных средств, что, как правило, сопровождается гибелью людей или причинением им тяжкого или иного вреда здоровью, либо наступлением крупного материального ущерба.

Фактом является то, что всплеск данных преступлений в России пришелся на 90 годы XX века. Это угоны и захваты самолетов.

В последнее время данные преступления, часто совершаются на водном транспорте (Захват судов сомалийскими пиратами).

Родовым объектом этого преступления является общественная безопасность и общественный порядок.

Видовым и непосредственным объектом является общественная безопасность.

Как и большинство составов против общественной безопасности, данный состав имеет и дополнительные объекты. Ими являются общественные отношения по охране жизни и здоровья, конституционных

прав и свобод человека и гражданина, собственности физических и юридических лиц.

Факультативным объектом угона судна являются общественные отношения по охране жизни человека.

Дополнительным непосредственным объектом, т.е. тем, которому всегда причиняется вред при посягательстве на основной объект при угоне этих видов транспорта, являются отношения собственности.

Предметом преступления является судно воздушного или водного транспорта, а также железнодорожный подвижной состав.

Суда воздушного или водного транспорта, а также железнодорожный подвижной состав являются предметом преступлений, предусмотренных ст.

211 УК РФ «Угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава», а такие разновидности судов водного транспорта, как морские и речные суда -еще и преступлений, предусмотренных ст. 227 УК РФ «Пиратство» [5]. А.И.

Коробеев отмечает, что в теории в отношении определения этих предметов посягательства наблюдается неоднозначный подход [6].

Указанные деяния сравнительно не часто встречаются на практике. Так, в 2005 г. было зарегистрировано 10 преступлений, предусмотренных ст. 211 УК РФ, и ни одного, предусмотренного ст. 227 УК РФ [7].

Однако общественная безопасность таких деяний очень велика.

Они имеют резонансный характер, способны посеять панику среди населения, причинить колоссальный вред и потому нуждаются в тщательной терминологической разработке, способствующей успешной деятельности органов предварительного расследования и судов.

Работники правоохранительных органов на протяжении всего времени действия Уголовного кодекса РФ 1996 года испытывают трудности в определении предмета преступления, предусмотренного в ст. 211 «Угон судна воздушного или водного транспорта либо

железнодорожного подвижного состава». История криминализации этого преступного деяния, а также сходного с ним по объективной стороне угона транспортных средств (ст. 166 УК РФ), выглядит следующим образом.

Источник: https://cyberleninka.ru/article/n/istoricheskiy-analiz-i-mezhdunarodnyy-opyt-borby-s-ugonami-vozdushnyh-sudov

Если у вас остались вопросы позвоните нам или задайте их нашему юристу в поле ниже и получите бесплатную консультацию.

§ 1. УГОН САМОЛЕТОВ

Этот вид преступления международного характера «вырос» из терроризма.

Когда будет достигнута договоренность о значении понятия «терроризм», возможно, эти преступления можно будет квалифицировать как терроризм либо по совокупности преступлений.

Как преступление угон самолетов имеет свои особенности и представляет повышенную общественную опасность для нормального сотрудничества между государствами, для жизни многих людей, даже не будучи актом терроризма.

Преступление это умышленное. Мотивы действий угонщиков могут быть весьма разнообразными. Вот почему встал вопрос о выделении такой преступной деятельности в самостоятельный вид.

В целях более точного словоупотребления следует говорить, собственно, об угоне не самолетов, а «воздушных судов».

Дело в том, что угоняются самые разнообразные летательные аппараты: самолеты, вертолеты, дельтапланы, воздушные шары и др.

, причем независимо от формы собственности (государственные или частные) и целевого назначения (пассажирские, транспортные, санитарные и др.).

Швейцарский журнал «Интервиа» выделяет три группы преступников, совершающих угоны самолетов.

Первая — преступники, которые угоняют самолеты, угрожают экипажу и пассажирам, заставляют пилотов менять курс, спасаясь от властей, преследующих их за совершение других преступлений, либо от «собратьев-преступников». Сюда же относятся лица, по другим причинам стремящиеся незаконно покинуть страну.

Вторая — преступники, совершающие угон самолета с целью получения выкупа. Этот выкуп преступники могут требовать либо от конкретного пассажира или другого лица, обладающего нужной им суммой денег, либо от государства, организации, учреждения.

Подобный вид преступления — «усовершенствованное» в век научно-технического прогресса вымогательство, издавна известное уголовному праву.

В данном случае угон самолета может сочетаться с другим преступлением международного характера — захватом заложников.

Третья — преступники, совершающие угон самолета с целью спровоцировать международный конфликт или межгосударственные осложнения. Это преступление может быть разновидностью международного терроризма.

Угон самолета совершается обычно после того, как какой-либо вопрос отношений между государствами не удается решить мирным путем. Угон становится средством давления на государство или провокации конфликта.

В борьбе с этими преступлениями особо важное значение имеет Монреальская конвенция 1971 г. о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности гражданской авиации.

В этой Конвенции (как и в Гаагской конвенции 1970 г.

) законодатель стремится не только регламентировать ответственность за преступные действия, но и предупредить их, не оставляя безнаказанными не только сам угон воздушного судна, но и случаи сообщения заведомо ложных сведений о каких-либо обстоятельствах или возможных действиях, либо о наличии устройств или веществ, могущих причинить ущерб воздушному судну либо его экипажу и пассажирам.

В юридическом плане состав этого преступления разработан достаточно четко, что позволяет при наличии доброй воли государств вести эффективную борьбу с угоном воздушных судов. Но далеко не всегда официальные власти реализуют эту возможность.

К указанным преступлениям примыкают преступления, совершенные на борту воздушного судна.

Первым законодательным актом, установившим ответственность за преступления, совершенные на борту воздушного судна, была Токийская конвенция 1963 г. В ней лишь обозначены в общей форме те действия, которые должны считаться преступными.

Последующее развитие отношений в мире показало ее неполноту, ибо появились столь опасные преступления как захват и угон самолетов, терроризм.

Преступные действия, совершаемые на борту воздушного судна в условиях, когда создается угроза для жизни многих людей, свидетельствуют о повышенной их опасности.

Конвенция исключает из сферы своего действия так называемые преступления политического характера, а также связанные с расовой или религиозной дискриминацией.

Однако возможно принятие мер, чтобы обеспечить безопасность судна, лиц и имущества, находящихся на борту (ст. 2.).

Из этого можно сделать вывод, что общеуголовные преступления, хотя бы совершенные по политическим мотивам, подпадают под состав указанного преступления.

В Конвенции немало юридически неточных формулировок, оставляющих открытыми многие вопросы.

Если исходить из ее текста, то преступники на борту воздушного судна могут быть привлечены к ответственности практически за любое преступление против личности, связанное с насилием, посягательством на имущество, нарушением общественного порядка или правил полетов, если их действия представляют угрозу жизни, здоровью и имуществу пассажиров или экипажа.

Из п. 1 ст. И можно сделать вывод, что преступным признается не только оконченное деяние либо покушение на него, но даже наличие одного только умысла на его совершение. Это положение не согласуется с основополагающими принципами уголовного права.

Анализ текстов последующих соглашений, в которых говорится о конкретных видах преступлений (объективной их стороне), совершаемых на борту воздушного судна, позволяет выделить следующие:

а)  совершение актов насилия в отношении лица, находящегося на борту воздушного судна в полете, если это деяние может угрожать безопасности судна;

б) уничтожение воздушного судна или нанесение ему повреждения, которое делает судно неспособным к полету или может угрожать безопасности полета;

в)  помещение в воздушном судне каких-либо веществ или предметов, которые могут уничтожить это судно или повредить его;

г)  уничтожение или повреждение оборудования воздушного судна или нарушение его работы;

д) передача неправильной информации, угрожающей воздушному судну в полете.

Конвенция дает толкование употребляемых терминов.

Это имеет важное значение для выработки четких формулировок национальных уголовных законов, ибо, помимо общих принципов, на основе которых строится и формулируется уголовный закон, необходимо учитывать специфику тех общественных отношений, которые ставятся под его защиту. Этот вид преступления и ответственность за него необходимо отграничивать от других подобных преступлений прежде всего по субъективной стороне преступления, мотиву и целям. Если нет террористической цели угона самолета, то ответственность лиц, совершивших это преступление, устанавливается по данной норме закона. Разумеется, необходимо, чтобы наказание носило конкретный характер.

Если совершен угон самолета, а в процессе его происходили и другие преступные акции на борту воздушного судна (убийства, насилие и т. д.), тогда речь должна идти о совокупности преступлений.

Если же преступления — составная часть террористического акта, то дополнительной квалификации не требуется, поскольку террористический акт включает в себя любые, вплоть до убийств, действия, совершенные на борту воздушного судна.

Под действие Конвенции подпадают преступления на самолетах, совершающих международные или внутригосударственные рейсы. Преступления, связанные с уничтожением или повреждением оборудования самолета, подпадают под действие Конвенции лишь в случае совершения самолетом международного рейса.

Источник: http://www.adhdportal.com/book_3385_chapter_31__1._UGON_SAMOLETOV.html

Поделиться:
Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

×
Рекомендуем посмотреть